Из Жизни Замечательных Друзей (продолжение)
Вот, всплыло слово: - Начальник. Начальник… Друг… Учитель… Валера Казаров. Вернее, Валерий Николаевич Казаров. А для меня все равно – Валера!
Я не очень люблю и умею подчиняться. Подчиняюсь только тому, кого признаю. Валеру я признал сразу. Он знал и умел больше меня. Это в профессии. А в жизни? Тоже, пожалуй. И еще, он умел ПОНИМАТЬ.
Как-то мы начали мечтать с ним о поездке в Батуми, мою армейскую родину. Я столько об этом городе рассказывал… Вот Валера и завелся. Решили, наконец, под каким соусом командировки оформим. Мне-то в Азию, а ему проще: в Грузии бригада наша работала. Решили до Сочи лететь. Там остановка, рывок в Батуми, обратно и по трассам. Все обговорили, командировки оформили, завтра вылетать. Сидим на участке, планы строим. Вдруг Валеру к начальству зовут. Приходит злой презлой. Оказывается, завтра действительно улетает, но не в Сочи, а… в Тюмень. Срочно им в Тюменях этих понадобился. Приказ чуть ли не министра Черномырдина. Съездили… Я Валере сразу же стишок написал. Весь не помню. Разве что строчки…
Все в жизни странно очень,
Судьбе шалить не лень.
Казаров едет в Сочи,
Читается: - в Тюмень.
Ведь он везучий, право,
Намерится и вот:
Душой стремится вправо,
Налево жизнь ведет.
Обычно никто не любит приезда начальства. А приезда Валеры на трассу мы ждали! Потому что знали: будет весело, интересно, а все проблемы решатся. И еще знали: чуть что, и он заслонит, защитит, не даст в обиду. Поэтому и поддерживали его всегда и во всем. Даже, когда он был не прав. В затяжной войне с начальником участка, например. Начальник участка победил и группу нашу расформировали… Разбежались, кто куда… Виделись редко. А Валера в 95-м умер от рака.
Он еще будет приходить в это мое повествование. А сейчас: снова Грузия, декабрь 1977-го и до Одессы еще далеко-далеко. Только-только от Тбилиси отъехали.

Крестовый перевал закрыли из-за снега. Поехали через Рикотский. Дорога такая много длинней, а тоска по дому, соответственно, больше. Зато опять пассажиры. Рубли, рубли, рубли…
Действительно, хоть бы кто: - Большое спасибо! – сказал.
В Абхазии, правда, повезло. Подобрали попутчика. А он разговорчивым оказался. Но не нудно разговорчивым, а, наоборот, приятно. Ехал он с похорон, где главным тамадой был. Так, по крайней мере, рассказывал. Мы сперва не поверили, а зря. Довезли его до дома, а он и говорит:
- Нечего вам на ночь, глядя ехать. Ночуйте у меня. Места много.
Мы, честно говоря, ночевать и не планировали. Так и ехали бы, меняя друг друга за рулем. Не впервой. Но раз зовут…
Места у дяди Варлама, так он представился, действительно имелось в избытке. Двухэтажный домина с пристройками и большим садом. Мы пошли умываться, а хозяин взял лопату и отправился откапывать марани. Это кувшин такой с вином. Вино называлось «Цоликаури». Чуть розовое… Потом сели за стол. Там мы и убедились, что хозяин действительно тамада. Правда, тосты у него оказались довольно специфические. Нет, все в порядке, была и цветистость и образность, строго соблюдался порядок этих самых тостов – за каждого из присутствующих, потом за семьи каждого из присутствующих… Ну, и так далее. Но любой тост дяди Варлама замыкала фраза:
- Как велят нам партия и правительство!
Вот такая смесь застолья с патриотизмом.

Утром мы, накормленные и выспавшиеся, уехали. Денег с нас дядя Варлам не взял. Даже обиделся.

Который год смотрю по телевизору сюжеты о войне в Абхазии. Когда упоминают Гальский район, вздрагиваю и боюсь пропустить хоть слово, хоть кадр. А вдруг увижу знакомый дом, знакомое лицо! Как там они – дядя Варлам, его жена Нина Васильевна, сын Бесико? Живы ли? Благополучны? Дай им Бог!