ПОЛУХУДОЖНИК (продолжение)
В литературе часто встречаются фразы типа:
- Проснувшись, он долго не мог понять, где находится...
Надо сказать, что мое пробуждение не было смущено подобным вопросом. Я знал, где нахожусь.
Позевывая, выбрался на свет.
Знаете, какое утро бывает в степи, да еще в конце мая? Уверен, что не очень. Я тоже не знал или, вероятней всего, не помнил, поэтому замер в восторге. Только-только закончился рассвет и яркое, праздничное солнце еще не было жарким, палящим, а наоборот, ласковым и приветливым. Как всегда, шелестели листья, откуда-то объявились птицы и сновали туда-сюда, озабоченно обмениваясь репликами. Отдохнувший за ночь сад, так усердно политый мной вчера, был свеж и праздничен. Столько оттенков зеленого цвета я (художник!) не видел никогда, даже у короля цвета, моего любимого Веронезе.

С внешней стороны жилища имелся умывальник, знакомый еще с пионерлагерных времен. Наполнив его водой, долго и шумно умывался.
Подходило время завтрака, вернее, уже совсем подошло. Я пошел выяснять, что Бог послал на грядки. Как оказалось, послано было немало. Тут росли лук, чеснок, всякая трава типа кинзы, петрушки и мяты, редиска. На грядке около бака с водой созревала клубника, а две ягоды оказались уже в самый раз. Я их тут же съел. Немытыми.
Умяв на завтрак большую миску салата, запил ее чаем и ощутил полную готовность к подвигам.
Для начала, решил расправиться с сорняками. На это ушло уйма времени, но, в результате, сад приобрел почти ухоженный вид.
Солнце поднялось уже довольно высоко, и я позволил себе кофе и сигарету.
Сидя в тени ореха, строил планы. Они не были грандиозными, а касались ближайших дел, которые счел неотложными.
Во первых, надо произвести посильную инвентаризацию имевшейся на участке, растительности.
Во вторых, разобраться с “долгостроем”, громоздящимся за спиной.
В третьих, любопытно выяснить, куда ведет тропинка, уходящая от боковой калитки.
Начал со второго пункта, так как предпочитал не покидать, без необходимости, тень. С непривычки, жарковато...
Итак, строение длиной около десяти метров и шириной, в узкой части, около шести. Стены, правая от меня и задняя закончены полностью, причем в правой есть два оконных проема с коробками. Передняя стена, справа от дверного проема, тоже закончена. Зато, остальная часть дома недостроена, примерно, на треть, а то и на половину. Все сооружение венчала односкатная крыша, с уклоном от дальней стены. Крыша покрыта только досками, но под навесом есть рубероид, так что закончить ее можно, хоть сейчас. Потом я вошел в дом. Пола не было, вернее, полом служили неровные, кое-как разбросанные по глине кучи щебня. Под щебнем местами виден песок. В правой части, по всей видимости, планировались кухня и “удобства”, так как там проложены какие-то трубы, назначение которых мог определить только специалист.
Левая часть предназначалась для спальни и мастерской, ибо оконные проемы там раза в полтора шире, чем в правой.
В центре же получался один большой холл с отверстием для дымохода у дальней стены. Я тут же представил себе пылающий камин, кресло перед ним и вашего покорного слугу в этом кресле... Как до этого далеко!
В дальнем углу громоздилась уймища старых рам и дверей, причем некоторые были остеклены.
- Наверное, купил Илюша все это по дешевке при разборке какого-то старого дома, - догадался я.
Еще лежал там целый штабель оструганных половых досок.
Столько всякого добра и ничего не украли. Чудеса!
Внутренних перегородок не существовало. Они были только намечены широкими и толстыми брусьями, проложенными в полу. Такие же брусья имелись и сверху.
Потолка, кстати, тоже не существовало.
Вообще столярные и плотницкие работы меня не смущали. С деревом работать я умел, и даже сам делал рамы для своих картин. И соответствующий инструмент имелся.
Что касаемо стен, то тут возникало много вопросов. Не ответив себе ни на один из них, вышел в сад.
Особой необходимости достраивать дом не виделось. Я и не собирался жить тут постоянно. Но, с другой стороны, уже “завелся”.
- Почему бы не попытаться? Что я теряю? Получится - отлично. Нет? Так и упрекнуть себя не в чем будет. Зато, если постараюсь, стану обладателем настоящего загородного дома, о котором никто знать не будет, куда можно будет сбегать от суеты в любое время года..
Поев, прошелся по саду и выяснил, что, кроме двух орехов, располагаю еще четырьмя айвовыми деревьями, десятком вишен и черешен и таким же количеством яблонь. Все росло исправно и грозило солидным урожаем. Что с ним, правда, делать?
Выполнив первые два пункта программы, приступил к третьему, для чего отомкнул замок и вышел за боковую калитку. Крутая тропинка, местами усеянная голышами, вела в овраг. В овраге этих голышей валялось уйма, и я понял, откуда Илюша запасся ими.
Овраг резко поворачивал влево, метров через сто вправо, а дальше... Дальше красота! Дальше был лиман, ограниченный по бокам жесткими и высокими рамками оврага. А верхней частью рамки был противоположный, пологий берег, усеянный красивыми и очень разными домами. Видимо, это оттуда доносилась вчера музыка.
Я спустился ниже. Овраг расступился немного, обрамляя полуовал берега Желто-коричневые стены обрыва, поросшие травой и кустарником и лишь в одном месте, прорезанные черным провалом прохода склонились над светло-серой водой. А над всем этим голубоватое, просторное, без единого пятнышка небо. Сколько несмешивающихся, контрастных до полного отрицания и, в то же время, абсолютно естественных красок.
Когда я подошел к самому берегу, то увидел, что и он усеян голышами. Только у самой воды виднелась узкая полоска песка. Вода оказалась слегка мутной и, на ощупь, еще холодной.
Только отсюда было видно, что слева, невдалеке расположено какое-то село. Видимо, именно туда вела щебеночная дорога, по которой я ехал накануне.
Тут же имелся и одинокий рыбак, то и дело проверяющий лески, уходящие под воду. Иногда результатом этой проверки оказывалась узкая рыбка длиной сантиметров десять. Добычу свою рыбак опускал в притопленный рядом садок, который был уже почти полон.
- Куда столько? - спросил я.
- А на продажу!
- Стало быть, первого покупателя вы уже имеете!
Израсходовав три рубля, стал обладателем довольно большой связки с рыбой.
- И что теперь с ней делать? - запоздало сокрушался по дороге домой. Последний раз я чистил рыбу лет двадцать назад, но очень надеялся, что приобретенный тогда опыт растерял не полностью. По возвращении занялся кулинарией. Чистить рыбу оказалось не сложно, и уже через час все было готово.

После обеда полагалось бы отдохнуть, но наступило время поливки и я взялся за дело. Так что еще час ходил по участку с шлангом. Устал и вспотел. Был бы дома, давно залез бы под душ, но душа не существовало. Хотя...
Под дерево кладется, сколоченная наспех решетка, на самую высокую ветку крепится шланг. Открывается вода и:
- Пожалуйте мыться!
К сожалению, это устройство не давало возможности использовать мыло, так как вода стекала под дерево, но кто мешает на свободном клочке соорудить, тем же способом, походную душевую?
День заканчивался. Я отдыхал и строил планы на завтра. С ходу начинать строительные работы не хотелось. Нужны какие-то разгонные, втягивающие дела. Что-то простенькое. Например, поставить раму в окно. Идея так захватила меня, что я принялся перетаскивать весь оконно-дверной запас из дома на улицу. Работать пришлось до темноты, а после снова лезть под душ. На этот раз вода была холодней.

Снова черное, усеянное звездами небо, знакомый шепот листвы. Почти невидимы дым сигареты поднимается вверх, облизывая ладонь.
Несколько дней назад, меньше недели, если бы кто-то намекнул, что буду вот так сидеть в безлюдной степи, за много километров от города, то я бы усомнился в разуме этого человека.
Стало быть, самое время начать сомневаться в разуме собственном.
Так и сидел до глубокой ночи, машинально отгоняя рукой самых наглых комаров, впитывая тишину. Я, вроде бы, ни о чем не думал. Но все время, отвлекаясь на то, чтоб переменить позу или закурить новую сигарету, ловил себя на мысли, вернее желании, а еще вернее цели :
- Я хочу достроить этот дом!
При этом не думал о трудностях и неожиданностях, с которыми придется столкнуться.
Меня больше занимало другое:
- Зачем?
(дальше будет)