ПРЕДИСЛОВИЕ К ЖИЗНИ
Как они любят одну и ту же фразу!
– Ты опускаешься до уровня…
Дальше уточнения.
– Ты опускаешься до уровня собутыльников!
Фраза говорится, когда я, чуть навеселе, прихожу после общения с А или В. В крайнем случае, С.
Зато, если я именно пьянствую с Х или У, то это вполне приемлемо и обходится без комментариев, даже если, придя, рухнул и спал одетым.
Кстати Х да и У меняют жен, как перчатки. Но и об этом в доме ни слова. Жаль… Вот тут мне есть, что сказать!
– Ты опускаешься до уровня своих читателей!
Похожая фраза, правда?
Самое обидное, что частенько у меня ощущения, что я танусь-тянусь до уровня своих читателей.
Слава Богу, что они есть!
И разве читателей выбирают? Скорее читатели выбирают или не выбирают меня!
У-у-у, как обидно, когда не выбирают!
Но и это не все!
( Read more... )

ЕВРЕЙСКОЕ СЧАСТЬЕ
– Еврейское счастье! – говорила моя мама, когда случалась какая-то средней тяжести, но очень обидная неудача.
– На мое еврейское счастье хлеб закончился за два человека до меня!
Потом еврейское счастье маминой волей перекочевало на меня.
– На твое еврейское счастье рубашки с воротом 40 не завезли…
А, ерунда!
Но…
По-идее, это должен быть цикл рассказов. Но пока есть… один.
1. УРГЕНЧ, 1982.
Я уже писал, что бригада, которой я руководил, называлась в кулуарах еврейской. Работали мы нормально, ЧП не было и… я ждал и ждал, когда еврейское счастье обрушится уже на целую бригаду.
Но годы шли и… ничего.
Это и пугало. Уж я-то знал, что еврейское счастье неотвратимо и привязчиво.
И, наконец, сбылось.
( Read more... )

НАДЕЖДА
Неужели люди забыли, что весенние дожди могут быть холодными и затяжными?
И обидно под ними мокнуть. И противно смотреть на них из окна.
Неужели никто не помнит, что и весной нужно зябко кутаться в теплую одежду, проклинать сырость и мечтать о чем-то крепком? Очень крепком!
Неужели оттепель – это такое счастье, что сразу забываешь о том, что скользко, что обидно, что мокро?
И что за радость, когда капли монотонно и постоянно стучат о железный карниз под окном?
А солнце? Предательское весеннее солнце, обманывающее напропалую мнимым, теплом. От него, от его обманов все простуды и разочарования!
– Весна! – радуются многие.
Многие…
Потом их становится все больше и больше.
И, наконец, их большинство…
– Как ты не понимаешь? Весна – это надежды!
Можно подумать, что надежды – это нечто всеобщее, обязательное, данное в приложении к весне.
Нет, я их не понимаю!
Но…
В глубине души все-таки надеюсь.
Надеюсь на то, что, если я проскочил зиму с ее морозами, гололедом и долгими-долгими ночами без сна, то и весну проскочу легко-легко.
А там и лето.
И ты будешь жива.
И тебя выпишут из больницы.

У МЕНЯ ЗАЗВОНИЛ ТЕЛЕФОН
У меня зазвонил телефон. А я не удивился. Телефон это проделывает столько раз за день, что скорее удивляюсь, когда он затыкается хотя бы на час. Так что, звонок у меня шока не вызвал.
Шок появился потом, когда телефон заговорил почти человеческим, то есть, женским голосом. А голос сообщил, что я изменник, подлец, мерзавец и… далее по шкале. Поскольку именно по этой шкале я себя никогда не ценил, то ошарашено молчал. Ободренный таким вниманием голос, сообщил, что моим бесчинствам будет положен конец. И что он, то есть, она меня заказала!
Не успел я отреагировать на это приятное известие, как трубку, с той стороны, бросили.
Приятные новости, правда? Аж смешно! Заказала… Чушь какая!
А вдруг, правда?
Нет! Не может быть! В наше время…
Хотя… Именно в наше время запросто может быть!
За этими радостными размышлениями я как-то подзабыл, что дама, угостившая доброй новостью, мне категорически не знакома!
Я, конечно, не ангел. Точно, не ангел! Но поступков, соответствующих столь крутым мерам, за собой как-то не числю.
Наверное, она ошиблась номером!
Впрочем, когда набирают этот самый номер, чтоб сообщить подобное, номерами вряд ли ошибаются. Всякое, конечно, может быть…
А вдруг я действительно сотворил такое, что эта женщина обрекла меня на смерть. Ведь это риск огромный, да и деньги немалые. И решиться…
Боюсь ли я смерти? Конечно, боюсь!
Но еще больше боюсь сделать то, за что буду заслуживать смерти! Как-то так…
Итак, что же я натворил?
Знаете, ближайший час был не самым лучшим в моей жизни. Я буквально по крупицам перебрал всё и всех. Несколько раз, при этом, я густо краснел. Это было…
Но! Я ни разу не побледнел! А бледнею я, когда выясняется, что я очень неправ. Так неправ, что хочу сам себе дать в морду!
И…
Хоть убейте, не нашел, за что меня стоит заказать.
Хоть убейте… Смешно!
Смешно? Да-да! Шутка это была!
Шутка? Но неужели есть люди, которые умеют так шутить? В моем мире? В моем городе?
Немыслимо!
А если…
Телефон зазвонил снова.
– Я тебя прощаю! – произнес тот же голос. – И вообще, я тебя разыграла!
– А пошла ты… – ответил я незнакомке и дальше выложил весь немалый запас слов, который скопил в армии и на стройках.
Даму просто замкнуло на одной букве.
– А-аа-а-а… – доносилось до меня.
Рассказав все, что помнил из плохих слов, бросил трубку.
Я знаю, знаю, что дамам такие слова не говорят. Но иногда, очень-очень иногда, можно.
Правда?

УХУ ЕЛИ?
Нет, я не ругаюсь, я спрашиваю! А вы, что подумали?
Так я об ухе.
Если честно, самая вкусная уха в одесских условиях получалась где-то на ставке (это водоем такой, типа озерца) или Турунчуке, то есть, из рыбы пресноводной. Морская рыба на побережье Одессы представлена не очень широко. Из всех видов на уху годились только бычки, но что это за уха из одних бычков? Веселое дело, правда? Город у моря, а уху варить на речку. А что делать? «Шаланды полные кефали» давно уже в Одессу не заходят… Эх, если б вы только знали, какая рыбалка имеется напротив через море, в Батуми!
Пресноводная фауна у нас богаче. Соответственно, и уха получше. Бедняги. Мне вас уже жалко. Я ж постараюсь вкусно рассказывать.
Итак, мы на берегу какого-то водоема… Например, в Беляевке на рыбразводе или Маяках на Турунчуке. Снасти заброшены… На карпа японки с макухой, на белого амура и прочую вкуснятину спиннинги.
Ждем-с.
( Read more... )

ДИЕТА
Мадам Берсон села на диету. Буквально. Положила листок с названием «Деэта диля пахуденея» на диван и в гневе уселась на него. Она думала, что бумажке от этого станет больно. На самом деле, больно было самой мадам. Неделю вылавливала она народного целителя Прохиндярова, битый час отсидела на его лекции «Продукты вредные и очень вредные», добилась заветной бумажки с рецептом диеты лично для нее и… Нет, надо привести этот труд полностью. Но в переводе на русский язык. Потому что, в сравнении с лексиконом Прохиндярова, язык мадам Берсон может показаться языком Ожегова или Даля.
1. много кушать вредно.
2. мало кушать тоже вредно, но не так.
3. лучше всего совсем не кушать, но от этого иногда можно умереть. А это очень вредно.
4. поэтому надо кушать, но полезное.
5. полезное – это трава.
6. лук – 1 пучок, сельдерей – 1 пучок, укроп – 0.5 пучка, петрушка – 1 пучок, чеснок молодой – пучок. Все это нарезать и кушать. Без соли. Можно 1 столовую ложку постного масла. Хлеб нельзя.
7. так три раза в день.
Читая это, мадам медленно прощалась с жизнью. Мучительная смерть ждала ее часов через шесть, в крайне благоприятном случае – через восемь.
Мадам с ненавистью поерзала задом по листку диеты.
Нет, против зелени она ничего не имела. Наоборот…
– Взять бы всю эту зелень и обернуть ею кусок говядины… – размечталась мадам, – … и горчицей смазать, и завернуть в серебро… – серебром, как и все мы тогда, мадам называла обыкновенную фольгу, которую листами приносили к нам во двор работники секретного завода радиодеталей под полицейским мостом. – … а потом в духовку на час…
По подбородку мадам потекла слюна, и она вспомнила, что на диете.
Мадам снова с ненавистью поерзала задом по рецепту.
– Сволочь! – подумала она о целителе. – За мои три рубля хоть бы рыбу разрешил!
– Да, рыбу было б неплохо. С той же травой в брюхе, в том же серебре, в той же духовке… Карпа, например… Небольшого… Кило на полтора… Хотя, наверное, тут чеснока многовато будет… А-а, можно и без чеснока. Где ее не пропадало!
Мадам представила себе, как вынимает сверток рыбы из духовки, как разнимает его, как пахнет запеченный в зелени карп…
На сей раз, непрошенная слюна смешалась с непрошенными же слезами.
– И для чего мне нужна была эта диета? – стала порицать себя мадам. – Может, я не такая уже и толстая?
Она подошла к зеркалу. Увы, как ни вертись, целиком она в нем не помещалась.
Мадам отступила на шаг. В зеркале проявилось уже гораздо больше ее тела. Примерно половина. Еще два шага назад сделали картину гораздо более приемлемой.
– Оказывается, и в зеркало надо уметь смотреть! – сообразила мадам. – Век живи, век учись!
Эти мудрые мысли она совмещала с намазыванием варенья на батон, разрезанный вдоль.
После таких переживаний необходимо было слегка, но срочно, подкрепиться

ГОСТИ
К Камасутренкам гости приехали. Лето же… Говорят, что из Москвы. Ну-у, они все так говорят. Врут, наверное. С одной стороны, если все, кто приезжает, из Москвы, то на свете всего два города имеется: огромная Москва и крошечная Одесса. Ах, да, еще деревня Зубогрызовка откуда Марусина родня наведывается. С другой стороны, в Москве люди исключительно грамотные живут, а эти, что приехали, темные, как шесть подвалов.
Купили, например, на базаре кровянку. Ну, колбасу кровяную. Несут открыто, чтоб все видели, какие они богатые. Знают же, что у посторонних шматик на пробу не попросят…
Несут, значит, а тетя Аня возьми и спроси:
– А почем сегодня кровянку дают?
Нормальный вопрос. Даже придурок-Межбижер может на него почти без запинки ответить. А эти, как взбеленились:
– Как дают? Кому дают? С ума тут все посходили! За те деньги, что у вас дают, у нас в Москве неделю работать надо!
Может, они намекали, что работают всего час в неделю?
( Read more... )

АТАМАН
Кот Межбижер сначала пользовался во дворе неважной репутацией. Но как-то постепенно завоевал уважение и признание соседей. Если думаете, что, говоря о соседях, имею в виду животный мир двора, то ошибаетесь. Животные – это само собой. А как же? Даже огромный и важный кот Черчилль признал превосходство Межбижера. Причем, без драки. А это дорогого стоит. Черчилль, конечно, был снобом, но далеко не трусом. Люди же с Межбижером сперва примирились, потом начали им восхищаться. Потом…
– И за что этому коту такой адиёт хозяин? – удивлялась мадам Берсон. И не только она. Но кот хозяина в обиду не давал, подкармливал по возможности, защищал…
Единственный человек, с которым кот долго не мог найти общий язык, был Стеклотаренко. Ну, не сошлись они характерами!
( Read more... )

ПАНСИОНАТ «ЗАТЕЯ» (конспект)
Распутье – это когда никуда идти не хочется.
- Возвращайся! – попросил бывший начальник.
- Возвращайся! – потребовала бывшая жена.
- Куда ты уходишь? – спросила нынешняя девушка.
- В себя! – неуклюже пошутил я, сбегая по лестнице.
Единственное, что умел и мечтал делать – это писать стихи и вообще заниматься литературой. Нет, я согласен был, в виде исключения, заниматься еще чем-то, но в разумных пределах, в разумных пределах… Пришлось бросить работу и уйти от жены.
Верного коня не имелось, поэтому сел я в автобус и поехал, куда его фары глядят. Думал, завезет он в места полностью свободные от телят некоего Макара. Не тут-то было! Едва выехав за город, автобус сломался. Те, кто знал, куда едет, стали прилежно голосовать. А я, куда путь-то держу, не ведал, поэтому голосовать не стал, а пошел в сторону моря, которое мелькало себе, правда, вдалеке.
Уже на подходе, наткнулся на забор, снабженный воротами и калиткой. Над воротами имелась надпись-плакат: «Пансионат «Затея». Калитка, в смысле плаката от ворот не отстала. Правда, там текст оказался позатейливей: «Простым и совсем бесталанным вход категорически воспрещен!».
Пришлось остановиться и решать вопросы простоты и таланта, применимо к себе родимому. По всему выходило, что особых надежд проникнуть на территорию пансионата питать не следовало.
Это с одной стороны.
А с другой больно кушать хотелось.
Был бы голод теткой, пусть даже и немолодой, я бы его запросто уболтал. Но он, как известно, мужского рода. Так что, во избежание сурового конфликта, просто толкнул калитку и вошел. Наверное, никаких индикаторов талантливости на входе не имелось, ибо шума-трезвона по поводу моего появления не произошло.
( Read more... )
Опять много буковок

КАНИКУЛЫ

Я вскочил в трамвай № 67-13 буквально в последнюю секунду. Уфф, повезло! И свободное место нашлось – у окна. Я опустился в уютное кожаное кресло и блаженно вытянул гудящие ноги.
– Одесса, улица Жуковского! – произнес казенным голосом кондуктор, когда вагон тронулся. – Следующая остановка Медон, Париж.
– Остановите, остановите! – закричал какой-то дядька в сапогах и ватнике, непонятно как затесавшийся в вагон. – Мне в Вапнярку надобно!
– В Вапнярку? – переспросил кондуктор, – Эк вас занесло! Нужно было сесть на 76-13 Бендеры – Хельсинки. Теперь ничего не поделаешь: придется доехать до Парижа, а там уже пересесть на 8-5-13 Токио – Киев.
– Так я ж из-за того Парижу часов пять потеряю! – убивался селянин.
– Ну, а я что могу сделать? – резонно вопросил кондуктор и пошел по проходу, голося:
– А кто еще билетик не взял? Покупаем, граждане, не стесняемся. Постоянные и пенсионные предъявляем без дополнительных напоминаний в развернутом виде, печать и фотографию пальцами не заслоняем...
Я протянул кондуктору пятьдесят копеек.
– Один. До конечной.
Кондуктор выдал мне пять копеек и рубль сдачи, а также нарядный билет, снабженный водяными знаками и голограммами.
Пять копеек я взял, а рубль оставил кондуктору. Он сдержанно поблагодарил и, ворча:
– Рубль копейку бережет! – спрятал рубль в какой-то потайной карман.
Трамвай двигался почти неслышно, изредка подрагивая на стыках. До конечной было час сорок, не меньше, и можно было, наконец, отдохнуть. После длинного, странного и, откровенно говоря, не самого удачного дня это было совсем не лишним.
Все началось с того, что рано утром я опоздал на троллейбус 94-13 Каир – Рим. Причина для опоздания у меня, правда, была. Несущественная, вроде, причина, хотя... Итак, я опоздал на троллейбус, и мне пришлось нестись в аэропорт, хотя я терпеть не могу самолеты: и медленно, и попутчики малоподходящие, типа того вапнярского мужика в ватнике. Самолет – штука дешевая, вот те, у кого монетки-другой на трамвай или троллейбус не найдется, и летают самолетами. Да и пересадки кого угодно утомят: то, что тот же трамвай Бендеры – Хельсинки делает напрямую и за час сорок пять минут, на самолетах займет чуть ли не сутки. Да-да, сутки!
( Read more... )
(Осторожно! Много букв)

МАСТЕР СПОРТА…
Хулиган Викентий появился в нашем дворе вместе с женой и тещей. Кстати, вполне приличными женщинами. Как-то они с ним ладили. А весь двор не мог. То одного зацепит, то другого. И переорет, а иногда и кулаки в ход шли. Да, я забыл: ходил Викентий в рубашке без пуговиц, шароварах, тапочках. А на рубашке был значок прикреплен. Мастера спорта! Стеклотаренко как-то усомнился.
– Какой ты мастер? – говорит.
– Какой? – переспросил Викентий. – А вот такой!
И дал Стеклотаренко в лоб.
( Read more... )

ОТ ШАПИРО ДО ШЕКСПИРА
Сержант Гениталенко вряд ли мог отличить Шапиро от Шекспира, зато мог с помощью девяти матерных и семи обычных слов толково описать разницу между, например, «Столичной» и «Московской».
Незнание классика мировой драматургии совсем не мешало сержанту исполнять свои прямые служебные обязанности участкового. Незнание же Шапиро вообще можно было отнести в плюс сержанту, ибо Шапиро был известным врачом-венерологом.
Уж не помню, в каком году партия и правительство, естественно, согласно пожеланиям трудящихся, приняли очередное важнейшее постановление о повышении культурного уровня работников органов правопорядка.
( Read more... )

СИНИЛЬНАЯ КИСЛОТА
Мадам Берсон обидели тараканы. Такие назойливые, такие назойливые… И никак от них не избавиться. Мало того, что на кухне их сотни, так и в комнату переселяться стали. В кровать залезать. Будить, стало быть. Как-то совсем ночью наведались. Щекотно! Противно! Невозможно сны смотреть! Мадам и проснулась. Ну, а раз проснулась, то решила у Герцена спросить: как с врагами-то справиться?
А время пять утра. Темно еще… И Герцен почему-то спал. Но мадам разбудила. Ей же надо! Ворвалась в жилье и тараторит:
- И то пробовала, и то… Даже борной кислотой травила…
- А синильной не пытались? – нашелся Герцен. – Очень помогает!
- Синильной? – удивилась мадам Берсон. – А где ее взять?
- Как где? – поразился Герцен, - В любом хозмаге спросите бытовую синильную кислоту…
- А поможет? – на всякий случай усомнилась мадам.
- Еще как! – пообещал ей Герцен. И даже мечтательно улыбнулся.
( Read more... )

«СВАДЬБА С ПРИДАНЫМ» (или один из вечеров нашего двора).

Отсмотрев и одобрив программу «Время», товарищ Матусович объявил, что пора спать. Его супруга гражданка Матусович сперва обнадежилась, но потом, внимательно посмотрев на товарища Матусовича, поняла, что ей ничего не светит. И объявила, что спать еще рано.
Товарищ Матусович информацию, полученную от жены проигнорировал, выключил телевизор, тщательно навестил санузел и направился в спальню.
Гражданка Матусович, в который раз обманутая в своих ожиданиях, спать не пошла, а, наоборот, снова включила телевизор и стала смотреть высокохудожественный фильм «Свадьба с приданным». Несмотря на то, что фильм был на малознакомую сельскохозяйственную тему, там играл популярный актер Доронин.
Товарищ Матусович актера Доронина не одобрял категорически, поэтому захрапел, что существенно снижало качество звука, исходящего от телевизора и актера Доронина.
( Read more... )

Этот рассказ вывешивал три года назад. Стало быть, многие его не читали. А он из самых моих любимых...

9 МАЯ
Отец моего отца, погиб по пьяному делу, когда папе не было и года. Папу усыновил, спустя два года, новый муж моей бабушки, очень хороший и порядочный человек, которого я считаю своим дедом, хоть никогда его не видел. Возможно, из-за судьбы своего отца, возможно, по другим причинам, но папа не пил. Нет, он никогда не отодвигал демонстративно рюмку во время застолий, но мог цедить ее целый вечер и оставить недопитой. Еще папа никогда не принимал участия в дворовых междусобойчиках, которые происходили, если не часто, то регулярно.
Например, на 9 мая.
( Read more... )

СБЕРКНИЖКА
Межбижер спросил у тети Ани:
- Я хороший?
- Когда спишь зубами к стенке! – успокоила его тетя Аня. Она была довольно искренняя женщина.
- Я сплю зубами в банке! – попытался сострить Межбижер, намекая на свои вставные челюсти.
Мадам Берсон, которая невнимательно подслушивала, тут же встряла в разговор.
- Теперь не говорят в банке, теперь говорят в сберкассе!
- Что в сберкассе? – охнули тетя Аня и Межбижер.
- Как что? Деньги хранят… Под проценты! А взамен дают сберкнижку! – свалила все в одну кучу мадам Берсон.
- И что с этой сберкнижкой делать? – всерьез заинтересовался Межбижер.
- Берешь, - снисходительно начала мадам, - заполняешь нужную бумажку, она называется ордер, вкладываешь в сберкнижку, пихаешь в окошко, а тебе взамен деньги!
- И всем так? – опасливо, но с надеждой, спросил Межбижер.
( Read more... )

ПЕРЕПИСЬ НАСЕЛЕНИЯ
Дело было в самом конце пятидесятых. Точно помню! Это потому, что всесоюзную перепись населения объявили. По радио, в газетах шумиха! Плакаты развешаны…
А Сему Накойхера в это время прогрессивки лишили. То ли мастеру бутылку не поставил, то ли… В общем, факт на лице: двадцать четыре рубля премии мимо прошли. Сема в день воровал на сумму много большую. Но обидно же стало. Пошел жаловаться. К бригадиру, в профком, партком… И все там малограмотные сидят. Только три буквы знают. Их Накойхеру и говорят.
Не добился Сема справедливости.
– Ну, погодите! – думает, но бессильно как-то. Что он этим, с тремя буквами которые, сделает? Что с них возьмет, кроме анализов?
( Read more... )

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ…
Я уже как-то рассказывал, что у Герцена поселилась собака по имени Рива. Помните, Герцен еще разрешения спрашивал у тети Ривы насчет собаку ее тезкой сделать? Это я к чему? А к тому, что Межбижер очень Герцену завидовал. Опять у того что-то такое появилось, чего у него, Межбижера нет. Обидно! Нет, бывали вещи, которые имелись у Межбижера но напрочь отсутствовали у Герцена. Геморрой, например. Но разве этим погордишься?
И вот однажды…
( Read more... )

ПАСХАЛЬНЫЕ БЕСЕДЫ
Накануне еврейской Пасхи тетя Рива украдкой угостила тетю Марусю мацой. А Маруся уселась у ворот, аппетитно жуя.
- Марусю, чем вы это хрустите, кушая? – подозрительно спросил Межбижер.
- Это хрустящие хлебцы! – поспешно ответила вместо Маруси тетя Рива.
Межбижер не поверил, но промолчал. А то прогонят. Вечер же обещал быть интересным…
- Это же маца! – встряла мадам Берсон. А потом позавидовала, - И где это люди такую провизию достают?
- Маца? – удивилась Дуся Гениталенко, - Какое-то нерусское слово!
- Действительно, - поддержала ее тетя Рива, - С чего бы это?
( Read more... )

Рассказ уже вывешивался. Года два назад. Ежели, кто читал, то может пропустить запросто. Люди попросили... Вот и вывесил. Тем более, что в каком-то смысле, он продолжение предыдущего.

КУЛИЧИ
Я бы назвал разговор, возникший на скамеечке у ворот, теологическим, но, боюсь, соседи мои о наличии подобного слова не подозревали.
В общем, неважно.
Тетя Маруся обронила фразу о том, что куда-то подевалась белая мука… Серая, за 26 копеек есть, а белой, вот, нет. Согласитесь, что в стране, где все время что-то или кто-то исчезает, тема для разговора довольно тривиальная. Да и разговор мог потечь в любое русло, но тетя Рива добавила:
- И дрожжи исчезли!
( Read more... )